Главная > Публикации > Полосочка ничейной тишины

Полосочка ничейной тишины

19 августа 2010 Автор А. Вахрушев

«…А с Ковымы реки идти морем на Анадырь реку, и есть Нос (Чукотский Нос — нынешний мыс Дежнева), вышел в море далеко… а против того Носу есть два острова, а на тех островах живут чухчи, а врезываны у них зубы, прорезываны губы, кость рыбей зуб, а лежит тот Нос промеж сивер на полуношник…»

1655 год не ранее апреля 15
Из отписки якутскому воеводе Ивану Акинфову
казака Семена Дежнева

«Сентябрь перевалил за середину. Северяк потеснил все прочие ветра, и Берингов пролив стал надолго исчезать с лица земли. Гигантские слизни тумана по пути с севера на юг наползали на острова пролива и отдыхали там по двое-трое, а то и семеро суток. В эти дни само существование земли напротив мыса Дежнева казалось сомнительным. Еще более иллюзорной была возможность ступить на эту землю. Но 6480 километров от Москвы до острова Ратманова мы преодолели за 10 дней. Последний, самый трудный этап маршрута начинался из бухты Святого провидения и не исключено, что именно Оно решило «быть или не быть» нашей экспедиции. Так или иначе, но факт остается фактом — мы на Ратманова. Сезам открылся».

2000 год не позднее сентября 27
Из дневника Алексея Вахрушева,
режиссера документального фильма «Остров»

Остров Ратманова, он же — один из островов Гвоздева, он же — Большой Диомид, он же — Имаклик, Имовлин, Инетлин... лежит в самом узком месте Берингова пролива. Здесь ширина прохода не превышает 89 километров. Три острова, один из которых и есть Ратманова, располагаются так близко друг к другу, что зимой на пешую прогулку между ними наверняка уйдет не более часа. А летом по морю на дорогу к соседям — минут 15. Напротив Ратманова как на ладони лежит остров Крузенштерна. Коренные жители Берингии эскимосы так и называли его Ингалик, что в буквальном переводе означает «противоположный». Третья земля пролива — скала Файрвэй. Издали она напоминает плавник косатки и абсолютно безлюдна. Обитаемыми были и остаются острова Ратманова и Крузенштерна. Если быть точным, то между ними лишь 4 километра 160 метров. Но несмотря на столь малое расстояние, жители островов только догадываются о том, что происходит на соседнем берегу.

Начиная с 1867 года, года подписания договора о продаже Аляски, Берингов пролив — единственная точка на карте, где Россия и Америка имеют общую границу. На Ратманова стоит застава Федеральной погранслужбы Российской Федерации. На Крузенштерна — эскимосский поселок Ингалик и подразделение Национальной гвардии штата Аляска. В разгар холодной войны Берингов пролив был «перегорожен» и любые контакты между его сторонами исключены. Ратманова превратился в режимный объект, посещать его гражданским было запрещено. Так, спустя более трех столетий со времени первых свидетельств об острове он во многих отношениях оказался белым пятном. Появление здесь съемочной группы документального фильма «Остров» приоткрыло завесу секретности о самой северо-восточной погранзаставе России и эскимосах — коренных жителях Ратманова.

Надо сказать, что первоначальный замысел картины был много шире. Он охватывал и противоположный берег. Ведь в этом регионе именно через Берингов пролив проходит грань дней, лет, веков и тысячелетий — с севера на юг пролив и лежащие в нем острова разделяет Международная линия перемены дат. Потому после полуночи для островитян по обе стороны Линии начинаются разные дни. Если представить пограничников Ратманова стоящими лицом к восточному острову, то получится, что смотрят они из сегодня во вчера. В это же самое время островитяне Крузенштерна, глядя на своих западных соседей, видят людей, живущих в завтрашнем дне.

При эмпирическом сложении всех границ, разрезающих Берингов пролив, — государственной, этнической и Линии разграничения дат вытекает простая мысль: жителей соседних островов разделяют ничтожное расстояние и непреодолимая пропасть. Идея протянуть над этой пропастью связующие нити, оборванные холодной войной, и была основной задачей кинопроекта. Ведь они существовали. И совсем недавно.

Из истории островов Берингова пролива

«Зубатые чукчи», как называли эскимосов Берингова пролива русские первопроходцы, жили на его берегах многие столетия. Название «зубастые» или «ротастые» объясняется особенностью ношения «лучшими мужиками и старшинами» лабреток — украшений в виде округлых бляшек, зубьев или запонок из моржовой кости или камня, вставлявшихся в прорезы нижней губы во время приезда или приема гостей, а также при различных ритуалах. Тяжелые лабретки размером от 35 до 90 миллиметров оттягивали нижнюю губу, обнажая зубы и десны. По желанию их можно было удалить или вынуть на время еды.

Судя по первым описаниям островных поселений, русские землепроходцы помимо лабреток отметили следующие особенности диомидцев: живут они «по неимению у них удобного лесу в поставленных из больших моржовых кож и осыпанных землей юртах»; питание островитян составляют «моржовина да китовина»; говорят они особым языком; носят платье «птичье, и оленье (наподобие чукотских кухлянок), и из китовых брюшин»; для варения пищи употребляют китовые кости, обливая их нерпичьим жиром; для согревания жилищ используют каменные лампы с фитилем из торфяного мха.

По самым ранним русскоязычным источникам, к ХVIII веку на Ратманова (Большой Диомид) было «весьма многолюдно». Здесь в двух поселениях Кунга и Имаклик проживало около 400 человек. А на Крузенштерна (Малый Диомид) располагался и располагается по сей день единственный поселок Ингалик (современный Дайомид). К ХVIII веку население его состояло из 160 человек.

Острова всегда находились в центре трансконтинентальных торговых и культурных контактов Северо-Восточной Азии и Северо-Западной Америки. В Ингалике проходили большие ярмарки, где приезжие с азиатского берега выменивали у американских соседей шкуры домашних оленей на меха куницы, рыси, бобра и красной лисы, устраивали танцевальные и атлетические состязания.

Но в первой четверти ХХ века с приходом советской власти для эскимосов начал развиваться, пожалуй, самый драматичный сюжет их многовековой истории. Для острова Ратманова он закончился трагедией — спустя десятилетие после начала холодной войны жители Ратманова были вывезены на материк и довольно быстро там исчезли. Так, после многих сотен лет непрерывной жизни на острове смолкли звуки эскимосской речи. Засохли целые ветви человеческого древа со всей своей тысячелетней историей.

Но… существует факт, который хотя и не полностью, но все-таки меняет интонацию этой истории. Между 1905 и 1915 годом жители Кунги, северного поселка Ратманова, переселились на американский остров. А из Имаклика, поселка южной стороны Ратманова, подобные переселения происходили вплоть до 1933 года. Так что всем жителям Кунги и большинству имакликцев удалось избежать печального исхода. Они и их потомки продолжают жить на Крузенштерна и континентальной Аляске. Судьба оказалась к ним более милосердной, нежели к тем немногим, кто остался на Ратманова и в середине века оказался по западную сторону «железного занавеса».

Сегодня на островных берегах живут совершенно разные люди. Для одних это родина, для других — не самое удачное место полуторагодичного отлучения от гражданской жизни. Но, хотят они того или нет, для пограничников Ратманова и эскимосов Крузенштерна едины и время, и место. А нередко и действия.

Из дневника

Из дневника...Вертолет идет на 600 метрах. Не менее. Из синевы пролива выныривает «Остров туманов» (Ратманова). Он высвечен солнечными лучами, пробивающимися сквозь кучевые облака. Световые пятна лежат на почти отвесных скалистых берегах цвета охры, подчеркивая невероятный контраст зелени низин, прихваченной первым морозом, и убеленных зимних возвышенностей. Несмотря на солнечный свет, перелом в борьбе между летом и зимой очевиден — еще буквально несколько дней, и зима спустится вниз с оседланных накануне высот. Людей здесь 0,3 на квадратный километр. Не густо.

Шасси вертолета касаются каменистой площадки. На них тут же набрасываются собаки. Грохот двигателей заглушает заливистый лай. В клубах пыли возникают люди в камуфляже. Молодые, не старше 25. Придерживая фуражки, чуть смущенно смотрят на камеру. Время стоянки ограничено. Двигатели не заглушают. Разгрузка привезенных продуктов происходит в считанные минуты. Как только она заканчивается, вертолет срывается с площадки и стремительно удаляется в сторону материка. Облако пыли опадает. В уши врывается шепот берингийского ветра.

Остров представляет собой скалистый массив, по неточным данным, возвышающийся над уровнем моря на 500 метров. Погранзастава Ратманова стоит у берега, на месте покинутого эскимосского поселения Кунга. Любые передвижения по острову предполагают подъем от заставы вверх по 197 ступеням. Встречи вертолета и дозоры начинаются с этого подъема по неровной разбитой лестнице. С непривычки дыхание сбивается в первую же минуту. Но после месяца ходьбы по ней вверх-вниз восхождение по любому эскалатору московского метро кажется детской забавой. А ратмановские ребята терпеливо и без устали топают на заставу и обратно на вертолетную площадку, спуская привезенный груз. Личный состав заставы подбирается тщательно: очевидно, что не каждый ежедневно и ежечасно способен выдержать такие испытания. Потому здесь особые люди. Семижильные.

Сегодня штормит не на шутку. Северяк вколачивает в скалистый берег вокруг заставы волну за волной. Земля дрожит. После полудня снимали сбор плавника. Коряги бьются в прибое, как припадочные. Их надо хватать голыми руками в паузу между накатом волн. А волны с грохотом несутся к берегу, как курьерские поезда.

В пене кувыркается бревно. Черное, длиной метров пять. Как колба песочных часов — то один конец вверху, то другой. Ребята ныряют за ним (другого слова и не подберешь). Температура воды градуса 4, ну максимум 5. Парней окатило. Крик, смех, бравада. А лица посинели. Далось им это бревно!

Бойцы с наловленным плавником поднимаются по крутому склону. Скользят. Оступаются. Трава мокрая. Склон крут. По линии прибоя с поленом под мышкой их пытается догнать Петрович (повар заставы). Падает, поскользнувшись. Волна тут же накрывает его с головой…

Вслед за сбором плавника (большими тяготами) был организован пикник (маленькие радости) по случаю первых айсбергов, показавшихся на горизонте. Почти все свежее мясо, привезенное вертолетом, замариновали. Шашлык! Сорок литров шашлыка. Пировали за полночь под гитарные переборы и хоровые исполнения армейских шлягеров.

Впервые за сентябрь на небе вспыхнуло северное сияние. Гигантская бирюзовая корона над Ратманова. Петрович, задрав голову, оглушительно свистел. Комментировал: «Чтобы ярче горело…» Шпили короны действительно стали четче, многоцветней. Сияние — верный предвестник зимы. Наутро проснулись, и впрямь зима.

По полтора года они почти изолированы от материка. Немногое, что связывает их с миром, — рация и нечастые прилеты вертолета. В основном же пограничники Ратманова ведут весьма аскетичную жизнь в практически полном отрешении от мира. И при этом каждый старается соответствовать какой-то высшей, в моем понимании, пробе. Вместе они преодолевают все трудности и лишения, словно одна семья, больше напоминающая монашеское братство. Со своим неписаным уставом, атмосферой абсолютного взаимопонимания, готовностью прийти на выручку и верностью каким-то чистым идеям, о которых мы в мирской своей скученности и суете нередко забываем. Они выполняют свой долг, тяжелую мужскую работу. Попросту говоря, вкалывают. Тоскуют по дому. С нетерпением ждут писем. Неизбежно быстро взрослеют.

С рассветом отправились на южную оконечность острова. По снегу, под нагрузкой (общий вес аппаратуры — 200 кило). Поклажу распределили поровну. Досталось Петровичу, напросившемуся в путешествие, — ящик килограммов под 50. Ничего, топал и хохмил все девять километров пути до южных окраин.

По дороге через «крышу», самую высокую точку Ратманова, пугнули аляскинских эскимосов, в погоне за моржами зашедших в нейтральные воды. Моржовые лежбища находятся только на российской стороне, на Крузенштерна их нет. Потому американским охотникам остается вожделенно рассматривать отдыхающих напротив моржей и терпеливо ждать, когда те соблаговолят пожаловать на их территорию. Сегодня нервы у эскимосов сдали: коли морж не идет к ингаликцам, ингаликцы идут к моржу. Лодки потихоньку двигались к Ратманова. Лейтенант пальнул в воздух, и зверобойные посудины американцев, встав на глиссер, дунули восвояси.

На южной стороне Ратманова при полном штиле мы дожидались заката. Почти над Имакликом, сорок лет назад оставленным людьми. Справа от нас была материковая Чукотка: мыс Чини, Эквен; по другую сторону — остров Кинга, мыс Принца Уэльского. Все близко, все как на ладони…

Возвращались впотьмах. Пурга. Далее собственного носа ничегошеньки не видно. Северяк хлещет по лицу. Слава Богу, мы в RED FOXe, в снаряжении, которому не страшны ни ветер, ни снег, ни град. А ребята в сапогах, телогрейках, черт-те в чем! Где-то впереди, чуть восточнее, вспыхнула ракета. За нас беспокоятся, нас «ведут» домой. Потом левее заморгал огонек, переместился вправо, вернулся влево. Немного сбитые с толку, пытаемся не упускать его из виду. Наконец из темноты выныривают два бойца, Белый и Колобок. Зная, что мы идем не налегке, ребята не смогли усидеть в ангаре, где им приказано было нас ждать. Сами немного поплутали, потому огонек фонаря и метался из стороны в сторону. Зато к Петровичу пришла подмога.

На заставу ввалились около 23. Артему Белову и Сереже Колобову, конечно, попало за экстремал. Не сильно, по паре нарядов.

Вертолет за нами все не летел. Штормило. Авиация была бессильна. Нам оставалось только ждать. Давно прошли в южные воды киты. Эскимосы Крузенштерна, за неимением зверя и судоходных условий, засели по зимним квартирам. Сопку Часовая, на которой угнездилась застава, заметали пурги. Глубокой зимой застава превращается в лабиринт: четырехметровые сугробы рассекают ходы для передвижения между жизненно важными объектами. Для питья пограничники топят снег, в дозорах изредка встречают белых медведей, подолгу ждут вертолет. Ждали и мы.

Прилет Ми-8 случился внезапно. С утра мело не на шутку. Но после полудня в треске эфира возникли позывные экипажа. Вертолет шел на остров, и 197 ступеней ждали наш спринтерский забег.

Этим бортом Тихон (Тихонов Женька), один из бойцов погранзаставы, улетал домой. Срок его жизни в проливе истек. Вместе с ребятами он провел на Ратманова полтора года, а год здесь идет за три. Не меньше. Прощальные объятия. Никто не комплексует и не прячет слез.

Вертолет затрясся, оторвался от земли. И провожавшие исчезли в клубах снежной пыли. За метелью угадывалось, как они все машут и машут, укрываясь от ветра. Кто-то упал. Ми-8, набирая высоту над забитым льдом проливом, взял курс на материк, и Ратманова исчез за кормой.

Наша съемочная группа провела на Острове более месяца. В результате мы вышли далеко за рамки запланированного экспедиционного периода и так и не попали на американский берег. Горько, ведь, будучи на Ратманова, мы видели аляскинский поселок и днем, и ночью.

О переносе второй части экспедиции на лето 2001-го не могло быть и речи. Ничего не поделаешь, производство. Потому единственным вариантом стало создание самостоятельной кинокартины о Ратманова, его жителях в прошлом и настоящем. Для этого была привлечена ратмановская хроника 1912–1933 годов. На ее кадрах запечатлены эскимосы Берингова пролива, которых нет на Острове уже более сорока лет.

Этой весной, аккурат к Дню пограничника, фильм появился на свет. Он так и называется «Остров». Фильм об абсолютно разных людях, чьи судьбы связал Ратманова.

А. ВАХРУШЕВ,
сотрудник лаборатории аудиовизуальной антропологии
Института этнологии и антропологии РАН
о-в Ратманова — Москва

Автор и редакция журнала выражают благодарность за помощь в создании фильма и подготовке материала: Региональному общественному фонду «Полюс надежды», командованию Кенигсбергского Краснознаменного погранотряда и личному составу пограничной заставы Ратманова.

Оценка сообщения:
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд (8 голосов, средний: 5,00 из 5)
Загрузка...
  1. Seo
    4 апреля 2013 в 18:05 | #1

    А когда остров Ратманова к америкосам отошел? В Викимапии написано: "USA / Alaska / Diomede / " wikimapia.org/#lang=ru&am...1%81%D1%82%D1%8C

  2. LEhAN
    10 апреля 2013 в 04:23 | #2

    Здравствуйте! Ссылку на фильм можете указать?

  3. Максим Данильченко
    7 апреля 2014 в 07:02 | #3

    Лёшка привет 🙂

    Случайно наткнулся на статью твою. Как в прошлое окунулся.

    классно было тогда 🙂

  4. Виктор
    6 ноября 2014 в 04:20 | #4

    Почему не удалось попасть на Крузенштерн?

  1. Пока что нет уведомлений.
(обязательно)